Краткая история 11-го сапёрного батальона

Герб 11 пехотной дивизии

«Герб 11 пехотной дивизии из Ольштына, в состав которой входил 11 сапёрный батальон»

11-й сапёрный батальон был основан 1 октября 1934 г. как сапёрный батальон Ликк (по названию города в Вост. Пруссии), он был подведомственен 11-й пехотной дивизии. Его формирование произошло путём разделения 1-го (прусского) сапёрного батальона. Первый командир — майор Карл Бюловиус, ранее преподал в Пехотной офицерской школе в Дрездене.

15 октября 1935 г. сапёрный батальон Ликк был переименован в 11-й сапёрный батальон. Его новое местоположение – г. Лотцен в Восточной Пруссии.

11-й сапёрный батальон состоял из трёх рот (из них одна моторизованная), одного (моторизованного) понтонно-мостового парка и лёгкой (моторизованной) сапёрной бригады. Офицерский состав: командир, два обер-лейтенанта и 11 лейтенантов.

18 августа 1939 г. батальон переведён на исходные позиции в район Зольдау – Найденбург (Восточная Пруссия) и 1 сентября в составе 3-й армии принял участие в польской кампании.

2 ноября 1939 г. перевод батальона на запад Германии в район г. Ремшайд.

Май-июнь 1940 г. 11-й сапёрный батальон в составе 6-й армии направляется, чтобы принять участие во вторжении во Францию: участвовал во французской кампании, преодолев реки Маас, Луара и Сомма.

После перемирия батальон до февраля 1941 г. находится на атлантическом побережье.

1 октября 1940 штаб и 1-я рота батальона переведены в 126-й сапёрный батальон 126-й пехотной дивизии. 11-й сапёрный пополняется из собственных резервов.Пополнение происходило за счёт 1-го запасного сапёрного батальона в Кёнигсберге, формировавшегося 26 августа 1939 г. в первом военном округе. 27 сентября 1940 г. после Пардубице он находился в Протекторате Богемии и Моравии. 16 июля 1941 г. был снова возвращён в Кёнигсберг. В феврале 1945 г. был переименован в запасной учебный сапёрный батальон. Когда батальон был присоединён к 2-й армии в Диршау (ныне польск. Тчев), он вновь выполнил задачу пополнения, войдя в 20-й запасной сапёрный батальон.

22 июня 1941 г. Почти все ближайшие 4 года 11-й сапёрный батальон воюет в составе 18-й армии на восточном фронте. Находится в таких местах фронта, как Волхов, Ладога, Ленинград, Нарва. В конце 1944 г. 11 сапёрный батальон попадает в Курляндский котёл.

9 мая 1945 года батальон сдаётся в советский плен. Лишь малой части удаётся добраться до Родины на корабле из г. Лиепая (западное побережье Латвии) в г. Киль.

Командиры

  • 1934-1936 гг. — обер-лейтенант Карл Бюловиус. Позже в звании генерал-майора возглавил инженерные войска Африканского корпуса. В мае 1943 года при разгроме Африканского корпуса попал в плен в звании генерал-лейтенанта будучи командиром дивизиии «Фон Мантойфель». Покончил с собой в американском плену 27 марта 1945 года на территории лагеря военнопленных в штате Теннеси, США.
  • 1936-1938 гг. – обер-лейтенант Пауль Блок
  • 1938 — … майор Хайнц-Ульрих Нойманн. На сайте, посвященном истории 125 рейн-вестфальской пехотной дивизии, сообщается, что этот офицер с 1942 года командовал 126-м саперным батальоном, о чем свидетельствуют даты в его послужном списке. Вероятнее всего, Хайнц-Ульрих Нойманн был переведен на эту должность из 11-го саперного батальона.
  • Имена последующих командиров 11 саперного батальона на данный момент неизвестны.

Бои под Млавой, переправа через Нарев под Пултуском

Мобилизация принесла изменения в распределении должностей в офицерском корпусе 11-го сапёрного батальона. В штабе в должность капитана по спецоперациям (Hauptmann z.b. V.) на место прежнего оберлейтенанта Войгта, вступил гауптманн запаса Бартель — известный фермер и разводчик свиней.

Как командиру сапёрного батальона мне пришлось отдать первой роте часть моего штаба и пять служащих офицеров для формирования нового 161 сапёрного батальона. В новом сформированном батальоне было примерно 1/5 резервистов, которые, однако, быстро нашли в нём свое место.

Когда 1 сентября в 5:45 прозвучал приказ и 11 пехотная дивизия атаковала из моего родного уезда Найденбург (в настоящее время Нидзица), у меня были свои командные позиции на южном выезде из города Напиркен (в настоящее время Напирки). У меня была моя третья (моторизованная) ротаВозможно речь идёт о 3-й моторизованной саперной роте 900-го саперного батальона 900-й моторизованной учебной бригады — прим. пер.. Помню, еще вопрос главы роты, оберлейтенанта Ленкайта: «Господин майор, это был выстрел или уже удар пули?» Скоро и он, и все остальные научились это различать.

 

PL_schron
Польский бункер под МлавойПольские укрепления представляли собой две линии бетонных дотов, а также противотанковые заграждения — прим. пер., сентябрь 1939 г.

Первые сообщения атакующих отрядов, не были хорошими. Враг ставил сильное сопротивление. В моих ротах – первой и второй, атакующих вместе с со 2-м и 23-м пехотными полками, появились первые потери, в том числе кандидат в офицеры Вайхе.

В ближайшее время необходимо было также разминирование. На участке 23-го пехотного полка восстановлены два взорванных моста.

Уже в 7 часу в первого дня нападения наше наступление встало перед хорошо выстроенной линией бункеров. Наша дивизия должна была атаковать конкретно млавские позиции. В её окрестностях польская артиллерия обстреливала каждую точку. Очень быстро я ощутил это на собственной шкуре.

До обеда на небольшом лесистом холме, состоялось совещание командиров. Там я получил от командира дивизии, генерал-лейтенанта Бока (впоследствии был генералом пехоты, умер в 1946 году в плену), первую «ложку дёгтя». По его мнению, один из восстановленных мостов совсем не выглядел как прежний. Я лишь приставил руку к фельдмютце и сказал: «Господин генерал, главное, что держит!». Едва я произнес эти слова, когда в наш лес ударил залп артиллерии. Мы, военные, все «ветераны» ещё с первой мировой войны мгновенно упали на землю. Генерал Бок остался непоколебимо стоять и продолжил разговор. Не знаю, было ли это правильное поведение, но на нас произвело сильное впечатление.

3

Сапёры с огнемётом Flammenwerfer 35 перед заграждениями

Примерно в 12 мой батальон понес тяжелую утрату. Так как пехота ничего не могла сделать с линией бункеров, вперед пришлось идти сапёрам. Когда начальник моей 2-й роты, оберлейтенант Шнайдер, в открытом полевом сарае созвал совет унтер-офицеров одного из взводов, в них попал снаряд. Он убил Шнайдера, и несколько унтер-офицеров, других ранил. Это был тяжелый удар для моего батальона — уже в первый день потерять главу роты, достойного и хорошего офицера. Гауптманн запаса Бартель принял вторую роту, а лейтенант Шэфер занял его место в штабе.

1 сентября 1939 г. сообщение главного командования вермахта гласило: «Поразительной силы бои ведутся около Восточной Пруссии глубоко на польской территории» – мы застряли под Млавой.

2 сентября, до обеда имела место атака танковой дивизии «Кемпф» на линию бомбоубежищ, что, на мой взгляд, было полным безумием. Я видел, как гордо и уверено в себе они едут вперед, а потом, настолько же усмирённые возвращаются ни с чем.

Сводки вермахта от 2-го сентября: «…Успешно также продвижение из Восточной Пруссии на юг…»

3 сентября также не принесло изменения ситуации. Во второй половине дня я прошёл своё боевое крещение — обстрел из пулемета. Вместе с моим офицеромВ оригинале gońcem – перевод иначе как шахматная фигура «слон», мне лично не попался. Отмечу, что «слон» также жаргонный термин солдат, сержантов, в вооружённых силах СССР, обозначающий офицера. – прим.пер. мы перемещались по незащищённой территории, к моей первой роте, когда над нами появились польские самолеты и обстреляли меня из пулеметов. О подразделениях, которые с юга Восточной Пруссии ворвались в Польшу на этот раз сводки вермахта умолчали…

4
Танки дивизии «Кемпф» под Млавой, сентябрь 1939 г.

4 сентября, в конце концов, удалось сдвинуться с места. Слева армейский корпус «Вордиг» боем прорвался в месте, где заканчивалась линия бункеров и пригрозил полякам ударом в тыл. В связи с этим они оставили свои позиции, и мы бросились вперед. Еще вчера вечером мы достигли горящей Млавы.

Сводки вермахта 4 сентября: «… Группа сил наносит удар из Восточной Пруссии и занимает Пшасныш…»

5 и 6 сентября дивизия без больших сражений продвигается в южном направлении, и вечером достигает окрестностей Нарви, рядом с Пултуском.

В приходском здании, в котором находилось командные позиции, мои и дивизии, еще вчера вечером состоялось совещание командиров. Речь шла предстоящей на следующий день атаке через Нарев под деревней Замбски Косельни.

При планировании дошло до конфронтации моих взглядов с взглядами командира дивизии и командира 2-го пехотного полка, оберста Рауха. Нападение должно было осуществляться 2-м пехотным полком дугой через Нарев, на позиции врага, находящегося под деревней Замбски Косельни — что, конечно, было правильно. Я возразил, однако, строительству на этом месте моста — там не было дорог, чтобы подъехать и я не мог гарантировать, что можно будет на время подтянуть транспортные средства и артиллерию. Кроме того, я имел в виду, чтобы, в качестве молодого командира пробиться со своей идеей «наверх», условием чего было, конечно, мое знание ремесла. В ярости я вышел из комнаты и ушёл в свой штаб, который весело себе попивал.

Около полуночи дверь за моей спиной отворилась, и кто-то положил руки на мои плечи. Это был генерал-лейтенант Бок, который сказал мне: «Нойманн, давайте мириться. Мы сделаем так, как вы хотите». «В таком случае, хорошо, господин генерал» — обрадовался я. Затем вместе с первым офицером штаба дивизииПервый офицер штаба дивизии, занимался вопросами тактики и военного управления, касающиеся отдельных частей дивизии — прим. польского переводчика я быстро отдал приказ атаковать 7-го сентября, отдал моему батальону необходимые приказы и спокойно лёг спать еще на несколько часов.

Сводки вермахта от 5-го сентября: «Под Млавой восточно-прусские части в жестокой схватке лицом к лицу, заняли город и местные укрепления. Враг разбит и отступает на юг»

Утром 7 сентября вместе с 3-й ротой и двумя колоннами для постройки моста я стоял, готовый к выходу в районе дивизионного командного пункта. Мои первая и вторая роты предупреждали атаку 2-го и 23-го пехотных полков, с задачей переправить пехоту через реку на понтонах.

 

5

Сапёры во время строительства моста с использованием понтонов

После успешной атаки яростно оборонявшийся враг покинул второй берег – я смог немедленно направить на действия 3-ю роту и две колонны для строительства понтонного моста. Уже в полдень мы закончили строительство моста и дивизия могла очень быстро переправиться на другую сторону реки. Теперь двигались в направлении, примерно в 50 км от р. Буг, до следующего препятствия. Дивизии сопровождали только 3-я рота. 7 и 8 сентября, к сожалению, мне пришлось быть с моими 1-й и 2-й ротами у моста через Нарев. Тогда была жаркая погода — 9 сентября я мог бы еще поплавать в Нареве.

Сводки вермахта от 6 сентября: «Прорвавшись из Восточной Пруссии через Млаву, войска заняли Цеханув. Враг решительно оттеснён, отступает на юг. Отряды быстро достигли Нарев с обеих сторон Пултуска и под Ружаном…»

8 сентября: «Операции в Польше, во многих местах приобрели характер погони. На северо-восток от Варшавы пересечён Нарев под Пултуском и Ружаном…»

Автор: полковник Хайнц-Ульрих Нойманн, командир 11 сапёрного батальона в сентябре 1939 г.

Источник: Kameradendienst-Nachrichtenblatt für die Angehörigen der ehem. 11. I.D. und ihrer Traditionseinheiten», № 2 (95) июнь 1972 г., стр. 1-2

Перевод с немецкого на польский Hainrich

Перевод статей на русский язык Günter Schatz